Дисфункция яичников у животных


Гипофункция яичников у коров: причины, симптомы и лечение

Заболевания крупного рогатого скота могут быть разными, одни ярко выражены, о них Буренки сразу сигнализируют хозяину, другие, также приносящие немалые убытки хозяйству, практически незаметны на первый взгляд. К таким болезням относится развитие гипофункции яичников у коров, ведь животное теряет продуктивность, и ему требуется немедленное лечение.

Причины возникновения

Гипофункция яичников у коров — это гормональное нарушение, при котором прекращается созревание фолликула, после синхронизации отсутствует течка либо животные не приходят в охоту. Причин ее развития несколько:

  • нарушение режима питания и содержания животных;
  • гормональные нарушения после отела;
  • нарушение функции щитовидной железы;
  • возраст животных;
  • инфекционные болезни поголовья;
  • глистные инвазии.

Необходимо восстанавливать функцию яичников, поскольку значительно уменьшается выработка молока, снижаются надои.

Симптоматика болезни

Коровы с гипофункцией яичников не приходят в охоту, страдают ожирением или недобором веса. Нарушения развиваются постепенно, на начальном этапе нарушается половой цикл, после наступает анафродизия (прекращение течки, отсутствие полового возбуждения). При гипофункции осеменения не дают результата, яйцеклетка не оплодотворяется.

Если после синхронизации животных на ферме животные не приходят в охоту, требуется стимуляция функции яичников.

Часто гипофункция наблюдается при стойловом содержании в осенне-зимний период. При нормализации питания и ежедневных прогулках весной и летом функция яичников восстанавливается частично или полностью.

Как диагностировать заболевание

Если течка у коровы отсутствует, она не приходит в охоту длительное время, необходим ректальный ветеринарный осмотр. Он позволяет судить о состоянии и размерах яичников, матки, слизистых оболочек половых органов. При осмотре о наличии гипофункции свидетельствует уменьшенный размер внутренних половых органов. Яичники плотные, гладкие, без следов фолликулов и желтого тела. Ректальный массаж матки вызывает очень слабые сокращения органа. Слизистая оболочка шейки матки и влагалища бледная и недостаточно увлажненная.

Наиболее качественная диагностика проводится с использованием аппарата ультразвуковой диагностики (УЗИ).

Если причиной гипофункции являются ошибки питания и содержания, ее удается быстро устранить, то выработка гормонов возвращается к норме, без ущерба для организма коровы. Особенно это характерно для молодых животных.

Схема лечения гипофункции яичников у коров

Сначала налаживают питание животных, вводят в рацион витамины и обязательные минеральные добавки (соль, мел). Обеспечивают животных ежедневными прогулками в течение 1-2 часов. Большинство случаев гипофункции приходится на февраль-апрель месяц, в марте и апреле коровы могут находиться на улице, не опасаясь простудиться.

В коровнике должны быть окна, естественное освещение препятствует развитию гипофункции яичников. Повышенная влажность, редкая уборка навоза, грязь в стойлах могут спровоцировать нарушение обмена веществ и, как следствие, угнетение функции яичников.

Самый простой способ нормализации гормональной функции яичников – ректальный массаж матки и яичников и последующее орошение матки горячим раствором поваренной соли 1 % или пищевой соды – 2 %. Растворы нужно подогреть до +45 °С. Лучше использовать готовый стерильный физраствор. Массаж проводят 1 раз в день по 5-7 минут, повторяют через день.

Для активной стимуляции гормональной функции яичников используют сыворотку «Гонадотропина». Она вводится животному с «Прозерином» 0,5 % или «Карбохалином» 0,1 %. Используют СЖК (сыворотку жеребых кобыл) и КЖК (кровь жеребых кобыл) для стимуляции функции яичников. Вводят под кожу свежее молозиво, не позднее чем через 12 часов после выдаивания.

Мнение эксперта

Заречный Максим Валерьевич

Агроном с 12-ти летним стажем. Наш лучший дачный эксперт.

Задать вопрос

Важно: обследование коров и выбор схемы лечения должен производить ветеринарный врач.

Применение более современного препарата, «Сурфагона», способно увеличить количество гормона в организме в 50 раз. Средство может восстанавливать функцию яичников, кроме этого, повышает оплодотворяемость, ускоряет и нормализует половой цикл, избавляет от фолликулярных кист, предотвращает гибель эмбриона на ранних стадиях стельности. Препарат наиболее активен через 2-3 часа после введения и остается в организме на 5-6 часов, после этого распадается. Необходимо внутримышечное введение средства.

Опасность патологии

Гормональный сбой у коров, если его не лечить, приводит в тяжелых случаях к бесплодию. Тогда значительно снижается продуктивность животного и качество молока. Содержать такую корову нерентабельно.

Если гормональные нарушения быстро устранены, корова молодая и сильная, получает сбалансированное питание и содержится в хороших условиях, не будет никаких последствий для животного. Возрастное или ослабленное животное может не восстановиться после такого гормонального сбоя, придется выбраковывать корову.

Профилактика заболевания

Для профилактики гипофункции яичников у коров следует обеспечить им сбалансированное питание. Летом обязательно выгонять животных на пастбище. Обеспечить коровам ежедневные прогулки на расстояние в 2-3 километра. Обеспечить за животными наблюдение ветеринара, обязательный осмотр поголовья после отела, периодическое акушерско-гинекологическое обследование. Обеспечивать коров витаминами до и после отела, чтобы предотвратить снижение иммунитета.

Животным нужно давать препараты от глистов не реже 3 раз в год, лечить инфекционные болезни, проводить вакцинацию. Заменять возрастное поголовье молодыми животными. Систематически проверять животных на мастит.

Болезнь не смертельна и не опасна для животных. Она хорошо лечится при условии принятия своевременных мер, удается сохранить уровень лактации, качество и жирность продукта.

этиология, диагностика, лечение и профилактика.

Дисфункция яичников у коров и кобыл: этиология, диагностика, лечение и профилактика.

Функциональные нарушения яичников, обусловливающие длительное бесплодие у коров и тёлок, проявляются, как правило, в форме их гипофункции, кист и редко в виде персистенции жёлтого тела.

Гипофункция яичников характеризуется нарушением развития и созревания фолликулов, их овуляции и формирования желтого тела. Данная патология может проявиться в виде персистенции фолликула и задержки овуляции, ановуляторного полового цикла, гипоплазии и недостаточной функции желтого тела, образующегося на месте овулировавшего фолликула, или полной депрессии функции половых желез и длительной анафродизией.

Непосредственной причиной гипофункции яичников является снижение синтеза и секреции гонадотропных гормонов гипофизом или ослабление реактивности яичников к действию эндогенных гонадотропинов. Последнее наблюдается, как правило, при усиленном синтезе кортикостероидных гормонов при стрессовых воздействиях, а так же при недостатке в организме животных тиреоидных гормонов.

Начальная форма гипофункции яичников, проявляющаяся персистенцией фолликула, характеризуется задержкой овуляции до 24-72 часов после окончания охоты (в норме овуляция наступает через 10-12 часов), постлибидными маточными метроррагиями (кровотечениями на 2-3 сутки после осеменения) и низкой оплодотворяемостью животных.

Гипофункция яичников, проявляющаяся ановуляцией, характеризуется нарушением развития и созревания фолликулов в яичниках. Для таких животных характерно отсутствие оплодотворения и многократные осеменения. При ректальном исследовании коровы в период проявления ановуляторного полового цикла в яичниках выявляют растущие фолликулы мелкого или среднего размера, не достигающие предовуляторного состояния. Концентрация эстрадиола в периферической крови в этот период не превышает 20-30 пг/мл (против 30-40 пг/мг при нормальном половом цикле). Повторным исследованием коровы через 4-6 дней констатируют отсутствие в яичниках функционально активного жёлтого тела и низкое содержание в крови прогестерона (менее 1 нг/мл).

При гипофункции яичников, сопровождающейся нарушением развития и недостаточной функцией желтого тела, у коров отмечаются многократные безрезультатные осеменения, иногда с нарушением ритма половых циклов (проявление стадии возбуждения через 12-15 дней). При ректальном исследовании на 6-8 день после проявления стадии возбуждения полового цикла в яичниках выявляются небольшое плотное жёлтое тело. Концентрация прогестерона в крови в этот период не превышает 1,6-1,8 нг/мл (против 2,5-4,0 нг/мл при нормальном половом цикле). Изменений со стороны матки обычно не отмечается. Наиболее часто подобное расстройство половой функции наблюдается в летнее жаркое время, а так же при недостаточном или неполноценном кормлении животных.

При полной депрессии функции половых желез, клинически сопровождающейся анафродизией, яичники уменьшаются в размере, плотные на ощупь, с гладкой поверхностью, без растущих фолликулов и желтых тел. Рога матки находятся в тазовой полости или свисают за лонный край, слабо ригидны, атоничны. Концентрация прогестерона в крови составляет менее 0,4-0,5 нг/мл, а эстрадиола – менее 20-25 пг/мл.



Кисты яичников, как функционирующие образования, формируются из неовулировавших фолликулов и по функциональному состоянию разделяются на фолликулярные и лютеиновые.

Фолликулярные кисты имеют одну или несколько сферических полостей, стенки которых в начале их образования и функционирования представлены гипрепластически измененной гормонально активной гранулёзой, васкуляризированной текой и гиперпластически измененной наружной соединительно-тканной оболочкой, а в последующем – фиброзно-измененной соединительно-тканной оболочкой и редуцированной гранулёзой. Ректально они определяются в виде одного или нескольких тонкостенных пузырей с нежной флюктуацией, диаметром от 2 до 4-6 см и более. Яичники при этом приобретают округлую или шаровидную форму, увеличиваются в размерах до куриного или гусиного яйца. Рога матки несколько увеличены и свисают за лонный край. В начале образования и функционирования кист у коров клинически отмечается нимфомания, которая в последующем с наступлением дегенеративных изменений в стенке кисты, сменяется анафродизией. Концентрация прогестерона в плазме периферической крови составляет 0,8-1,0 нг/мл, а эстрадиола – колеблется от 45 до 85 пг/мл и более. При дегенерации стенки кисты показатели эстрадиола снижаются до 20-30 пг/мл.

Лютеиновые кисты имеют, как правило, одну сферическую полость, стенка которой образована несколькими слоями пролиферирующих клеток соединительно-тканной оболочки фолликула. При данной патологии яичники определяются через прямую кишку в виде шаровидных образований до 6-8 см в диаметре с плотной стенкой и слабо выраженной флюктуацией. Наличие таких кист у животного сопровождается анафродизией. Рога матки и кистозно изменённые яичники свисают в брюшную полость, матка обычно атонична. В плазме крови выявляются пониженное содержание эстрадиола (13-28 пг/мл) и высокий уровень прогестерона (2-4 нг/мл).

Персистентным жёлтым телом считают желтое тело в яичнике небеременной коровы, задержавшееся и функционирующее более 25-30 дней. Чаще всего оно образуется из циклического жёлтого тела при хронических воспалительных процессах в половых органах, а также после неоднократных пропусков (без осеменения животного) половых циклов. Жёлтое тело беременности, независимо от характера течения родов и послеродового периода, подвергается инволюции в первые дни после родов (концентрация прогестерона в периферической крови составляет 0,2-0,5 нг/мл) и перехода его в персистентное не наблюдается.

Диагностика персистентного жёлтого тела осуществляется путем двукратного ректального исследования коров и тёлок с интервалом 2-3 недели и ежедневного наблюдения за животными. Жёлтое тело за этот период не претерпевает изменений в расположении, величине, а животное не проявляет стадии возбуждения полового цикла. Концентрация прогестерона в крови при данной патологии соответствует лютеиновой фазе полового цикла (более 2 нг/мл). Рога матки, как правило, свисают в брюшную полость, несколько увеличены, стенки их расслаблены, ригидность понижена. Исследования состояния матки проводят очень тщательно, чтобы выявить её заболевание или исключить беременность. При диагностике персистентного жёлтого тела необходимо вести точные записи о состоянии яичников и матки при каждом исследовании для их сопоставления.

Терапия коров и тёлок при функциональных нарушениях
яичников

Для лечения животных с дисфункцией яичников используют препараты гонадотропных гормонов (гравогормон, сывороточный гонадотропин, СЖК, КЖК, ХГ, ФСГ, ЛГ и др.), простагландина F2a (эстуфалан, клатрапростин, эстрофан, ремофан, магестрофан и др.) и гонадолиберинов (сурфагон, диригестран, супергестран и др.). В определённых случаях применяют так же нейротропные препараты (прозерин, карбахолин) и препараты гормонов яичников (прогестагены, эстрогены).

Гормональные препараты нормализуют эндокринную и генеративную функцию яичников, повышают сократительную функцию матки, активизируют в ней пролиферативно-секреторные процессы и обеспечивают восстановление плодовитости коров и тёлок.

Коровам с гипофункцией яичников, проявляющейся задержкой овуляции или ановуляцией, в день проявления феноменов стадии возбуждения полового цикла (перед или после осеменения животного) внутримышечно инъецируют сурфагон в дозе 20-25 мкг или другие гонадолиберины или овогон – ТИО в дозе 1-1,5 тыс. ИЕ.

Животным с ановуляторными половыми циклами назначают также сывороточный гонадотропин, который вводят подкожно за 2-3 дня до предполагаемого наступления очередной стадии возбуждения (17-19 день после предыдущего полового цикла и осеменения) в дозе 2,5 тыс. м. е. (5-6 м. е. на 1 кг массы тела).

При ановуляторном половом цикле, сопровождающимся лютеинизацией неовулировавшего фолликула, определяемого в яичнике при ректальном исследовании на 6-8 день в виде полостного образования с тугой флюктуацией, однократно внутримышечно вводят один из вышеуказанных препаратов простагландина F2a в дозе 2 мл, а при проявлении стадии возбуждения (при осеменении) – сурфагон в дозе 20-25 мкг или овогон-ТИО в дозе 1-1,5 тыс. ИЕ.

При гипофункции яичников, сопровождающейся анафродизией, коровам однократно вводят гонадотропин СЖК в дозе 3,0-3,5 тыс. м.е. (6-7 м.е./кг массы тела). Для обеспечения овуляции в день проявления стадии возбуждения полового цикла (при осеменении) инъецируют сурфагон в дозе 20 мкг. Животным, не проявившим стадию возбуждения полового цикла, через 21-22 дня после гинекологического исследования и подтверждения диагноза, гонадотропин СЖК вводят повторно в той же дозе.

При гипофункции яичников, проявляющейся недостаточной функцией жёлтого тела, при проявлении очередного цикла в день осеменения однократно подкожно вводят 2,5 тыс. м.е. гонадотропина СЖК (4-5 м.е. на кг массы тела).

Если гипофункция яичников у коров сопровождается атонией и гипотонией матки, введение гонадотропных средств целесообразно сочетать с применением водных растворов нейротропных препаратов: карбахолин (0,1 %), прозерин (0,5 %) или фурамон (1,0 %). Любой из указанных препаратов вводят двукратно с интервалом 24 часа по 2,0-2,5 мл, а через 4-5 дней однократно инъецируют гонадотропин СЖК в дозе 1,5-2,0 тыс. м.е.

Для лечения коров с фолликулярными кистами яичников используют разные схемы назначения гормональных препаратов. По одной из них лечение осуществляют путём однократного введения гонадотропина СЖК в дозе 5-6 тыс. м.е. или хорионического гонадотропина в дозе 4-5 тыс. ЕД. Животным, не проявившим стадию возбуждения полового цикла, после гинекологического исследования и при выявлении признаков лютеинизации стенок кисты на 10-12 день инъецируют один из вышеуказанных препаратов простагландина в дозе 2 мл.

В другом случае для лечения можно использовать гонадотропин-релизинг-гормон (сурфагон), который инъецируют по 10 мкг трёхкратно с интервалом 24 часа, или однократно – диригестран в дозе 200-250 мкг, или лютеинизирующий гормон овогон – ТИО однократно в дозе 3 тыс. ИЕ.

По третьей схеме лечения коровам ежедневно в течение 7-8 дней парентерально вводят по 50-75 мг прогестерона с одновременной дачей внутрь по 50-100 мг йодистого калия, а через 2-3-е суток однократно инъецируют гонадотропин СЖК в дозе 3,0-3,5 тыс. м.е.

Лечение коров с лютеиновыми кистами яичников осуществляют путём однократного внутримышечного введения одного из препаратов простагландина в дозе 2 мл с одновременной инъекцией 2,5-3,0 тыс. м.е. гонадотропина СЖК.

При кистах яичников, сопровождающихся атонией и гипотонией матки, в качестве дополнительных лечебных средств можно использовать нейротропные препараты.

Бесплодным коровам с персистентными желтыми телами или с функционирующими желтыми телами полового цикла однократно вводят один из препаратов простагландина в вышеуказанных дозах. Для повышения терапевтической эффективности введение препаратов простагландина сочетают с однократной инъекцией гонадотропина СЖК в дозе 2,5-3,0 тыс. м.е.

При использовании гормональных препаратов для восстановления плодовитости у половозрелых тёлок дозы гонадотропных препаратов снижают на 700-1000 м.е., а простагландина – на 150-200 мкг.

Во всех случаях использования гормональных препаратов для нормализации функции яичников у животных желательно назначать препараты витаминов, макро- и микроэлементов.

При использовании гормональных и гормоноподобных биологически активных препаратов для нормализации половой функции животных следует обязательно соблюдать следующие требования. Во-первых, препарат назначают животным не ниже средней упитанности и на фоне нормализации обмена веществ путём улучшения кормления и назначения витаминно-минеральных премиксов. Во-вторых, применению препаратов должно предшествовать клинико-гинекологическое обследование животных с точной диагностикой функционального состояния половых органов. И, в-третьих, должны полностью выдерживаться рекомендуемые схемы лечения


Дата добавления: 2015-11-30; просмотров: 627 | Нарушение авторских прав



mybiblioteka.su - 2015-2020 год. (0.015 сек.)

границ | Генетические модели дисфункции яичников и субфертильности, ассоциированные с ожирением на грызунах: понимание синдрома поликистозных яичников

Введение

Связь между ожирением, инсулинорезистентностью (ИР), диабетом II типа (СД2), сердечно-сосудистыми заболеваниями и неалкогольной жировой болезнью печени хорошо известна в литературе, часто обсуждается в клинике и подлежит интенсивным исследованиям в лабораториях. во всем мире (1, 2). Возможно, менее известна связь ожирения с дисфункцией яичников, чаще всего в форме синдрома поликистозных яичников (СПКЯ).Диагностические критерии СПКЯ включают три ключевых признака: биохимические и / или клинические признаки избытка андрогенов (включая акне, гирсутизм и алопецию), дисфункцию яичников или ановуляцию (проявляющуюся как отсутствие или нерегулярные менструации) и появление множественных периферических кист на яичниках. УЗИ (3). Сначала исключаются более редкие причины повышения уровня андрогенов (например, опухоль, продуцирующая андрогены). Метаболическая дисфункция является частым, но не неизменным у женщин с СПКЯ, поэтому, хотя поперечные и продольные исследования подтверждают значительную роль ИР в этиологии СПКЯ, диагностические критерии в настоящее время не включают метаболические параметры.Тем не менее, СПКЯ не только является наиболее частой причиной ановуляторного бесплодия и нарушения менструального цикла, но (поскольку он часто проявляется во втором и третьем десятилетии) молодые женщины с СПКЯ также представляют собой большую, идентифицируемую группу, которая может подвергаться повышенному метаболическому риску (4 –6) и сердечно-сосудистые заболевания (7–10). Действительно, СПКЯ является надежным предиктором будущего СД2 (11). Поэтому женщины с СПКЯ представляют собой важную цель для исследований и профилактики.

Гетерогенная природа СПКЯ, наряду с отсутствием консенсуса по точным диагностическим критериям, усложняет попытки понять его патогенез.Исследования семейной кластеризации и конкордантности монозиготных близнецов выявили важную генетическую предрасположенность к синдрому. Генетические варианты, идентифицированные в результате скрининга генов-кандидатов и полногеномных ассоциаций, включают инсулин, фактор роста и передачу сигналов гонадотропина, клеточную пролиферацию и пути репарации ДНК; однако до сих пор на них приходится менее 10 процентов наследуемости синдрома (12). Наличие признаков СПКЯ у животных, подвергшихся пренатальному воздействию андрогенов, предполагает, что СПКЯ может иметь важное происхождение в процессе развития (13).Генетические факторы и факторы развития, вероятно, взаимодействуют с факторами окружающей среды в подростковом и взрослом возрасте, вызывая сложную физиологическую дисрегуляцию, которая характеризует этот синдром.

Гормональные модели, в которых грызунов, овец и нечеловеческих приматов лечат во время развития или постнатально андрогенами (тестостерон, DHT или DHEA), эстрогенами, ингибиторами ароматазы или антипрогестинами, широко используются в исследованиях СПКЯ (14-19 ). Генетические модели грызунов предлагают дополнительную, хотя и недостаточно используемую стратегию в этой области, позволяя оценивать вклад отдельных генов на «чистом» генетическом фоне и предоставляя удобные и доступные модели для исследования путей заболевания (14, 20–23).Их ценность, однако, зависит от точности модели физиологии человека и его болезни, а также актуальности нарушений, связанных с одним геном. Обобщив некоторые основные концепции, относящиеся к патогенезу СПКЯ (рис. 1), мы описываем ключевые модели грызунов, имеющие отношение к изучению дисфункции яичников при метаболических заболеваниях (табл. 1), и выясняем, почему их интерпретация может быть более сложной, чем кажется на первый взгляд.

Рисунок 1. Предполагаемые патогенетические механизмы дисфункции яичников и недостаточной фертильности, связанных с ожирением. .Схема, показывающая основные метаболические и репродуктивные пути, участвующие в СПКЯ. Системная инсулинорезистентность, обычно возникающая из-за дисфункции жировой ткани в контексте ожирения, приводит к компенсаторной гиперинсулинемии. В яичниках инсулин взаимодействует с лютеинизирующим гормоном (ЛГ), стимулируя синтез андрогенов. Нарушение передачи сигналов инсулина, фактора роста, гонадотропина и половых стероидов в яичниках приводит к нарушению развития фолликулов и овуляции. Генетические факторы и факторы развития также могут играть важную роль.

Таблица 1. Репродуктивные особенности моделей ожирения и инсулинорезистентности на грызунах .

Ключевые участники в патогенезе СПКЯ

Метаболические особенности СПКЯ

Хотя СПКЯ прочно ассоциируется с нарушением чувствительности к инсулину и гиперинсулинемией (таблица 1), это не зависит от массы тела, и значительная часть инсулинорезистентных женщин с СПКЯ худощавы (44, 45).Однако признано, что увеличение массы тела усугубляет гиперандрогенизм, олигоменорею и метаболический риск при СПКЯ (46, 47), и генетические исследования выявили роль генов, связанных с ожирением (48, 49).

Несколько наблюдений предполагают, что ИР и связанная с ним компенсаторная гиперинсулинемия могут играть ключевую патогенную роль при СПКЯ. Во-первых, ИР чаще встречается у женщин как с гиперандрогенизмом, так и с ановуляцией, по сравнению с женщинами с гиперандрогенемией того же веса и нормальным овуляторным циклом (50).Во-вторых, вмешательства, повышающие чувствительность к инсулину, улучшаются независимо от потери веса, овуляторной функции, менструальной цикличности, фертильности и гиперандрогении у худых и страдающих ожирением пациентов (51–55). В-третьих, тяжелый синдром, подобный СПКЯ, является характерным (часто проявляющимся) признаком у пациентов с тяжелыми генетическими формами ИР (56), а также, как сообщается, связан с панкреатическими инсулиномами и избыточным экзогенным инсулином при диабете 1 типа (57, 58). ,

Важно отметить, что СПКЯ, вероятно, представляет собой состояние «частичного» ИР, при котором сохраненная передача сигналов инсулина в тека-клетках яичников вызывает избыточный синтез андрогенов и пролиферацию тека-клеток с последующей гиперандрогенемией (Рис. 1) (59–62).Другие потенциальные эффекты гиперинсулинемии включают снижение синтеза в печени глобулина, связывающего половые гормоны, что приводит к увеличению свободного тестостерона, гиперсекреции лютеинизирующего гормона гипофиза (ЛГ) и снижению белка, связывающего инсулиноподобный фактор роста (63–65). Этот последний эффект потенциально модулирует зависящую от паракринного фактора роста регуляцию раннего развития фолликулов и выбор доминантного фолликула (Рисунок 1).

Дисморфология яичников

Аномальный вид коры яичников при СПКЯ представляет собой несоответствующее и чрезмерное начало роста фолликулов из пула примордиальных фолликулов с последующим нарушением развития и остановкой роста на антральной стадии среднего размера (5–10 мм) (66–68).Нарушение скоординированного развития фолликулов приводит к меньшему количеству овуляций или их отсутствию и, следовательно, к снижению фертильности. Гистологически яичник содержит уменьшенное количество желтых тел (что означает меньшее количество овуляций), больше атретических фолликулов, гипертрофию стромы и увеличенный вес яичника. Как уже упоминалось, широко распространен гипертекоз: данные in vitro и указывают на то, что аномальная пролиферация текальных клеток способствует чрезмерному биосинтезу андрогенов (62, 69).

Гормональная дисрегуляция

Хотя ИР и гиперинсулинемия могут играть центральную, а в некоторых случаях и первичную роль в патогенезе СПКЯ, следует подчеркнуть важность гиперандрогении.Это не только определяющая черта синдрома как у овуляторных, так и у ановуляторных женщин, но и другие состояния, связанные с чрезмерным воздействием андрогенов (такие как врожденная гиперплазия надпочечников и андрогенсекретирующие опухоли), также вызывают признаки СПКЯ (70). Более того, введение андрогенов грызунам, овцам и нечеловеческим приматам приводит к патофизиологическим изменениям, которые очень напоминают особенности СПКЯ у женщин. Андрогены действуют на яичники, нарушая развитие фолликулов и выбор доминирующих фолликулов, способствуя чрезмерному раннему росту фолликулов, тогда как системные эффекты включают развитие ИР и метаболическую дисфункцию (71–77).Роль андрогенов в СПКЯ может быть особенно важной во время ключевых периодов развития до начала ИР (13). Пренатально андрогенизированные макаки-резусы и овцы демонстрируют гиперандрогенизм яичников и ИР во взрослом возрасте, с увеличением числа фолликулов, ановуляцией и гиперсекрецией ЛГ (78–81).

Нарушение регуляции и перепрограммирование оси гипоталамус-гипофиз-яичники (HPO) является обычным явлением при СПКЯ, потенциально вызванное воздействием андрогенов в утробе матери и проявляющееся в виде гиперсекреции ЛГ, постоянно учащенной частоты пульса ЛГ и уровней фолликулов ниже нормы. стимулирующий гормон (ФСГ) (82, 83).Эти изменения, вероятно, способствуют нарушению развития фолликулов при СПКЯ, в то время как высокие уровни ЛГ также действуют синергетически с инсулином, способствуя выработке тека-андрогена (рис. 1). Однако следует отметить, что у многих пациентов уровень ЛГ нормальный, что позволяет предположить, что повышенный уровень гонадотропина вряд ли является основным дефектом при СПКЯ (84).

Дисфункция яичников в генетических моделях метаболических заболеваний

Модели ожирения на грызунах

Несмотря на то, что не существует спонтанно возникающих моделей СПКЯ на животных, трансгенные и нокаутные модели грызунов, широко используемые в исследованиях метаболизма, дают возможность конкретно изучить связь между метаболическим заболеванием и дисфункцией яичников.Однако важно отметить, что существуют ключевые различия между функцией яичников человека и грызунов. В то время как у людей полная дифференцировка фолликулов происходит на более поздних стадиях развития плода, у грызунов это происходит постнатально. Цикл течки у мышей длится всего 4–6 дней по сравнению с 28 днями у людей. Более того, грызуны являются поливуляторными, что указывает на важные различия в выборе доминантного фолликула, несмотря на лежащие в основе сходства в оси HPO.

Несмотря на эти различия, различные модели ожирения на грызунах действительно демонстрируют репродуктивные фенотипы, сравнимые с СПКЯ (Таблица 1).Ожирение, вызванное диетой, у мышей дикого типа связано с нарушенной цикличностью течки, меньшим количеством желтых тел, снижением фертильности и метаболической дисфункцией, что подтверждает мнение о том, что связанная с ожирением метаболическая дисфункция может способствовать СПКЯ (24, 25, 85). Среди генетических моделей самки мышей ob / ob и db / db , которые из-за мутаций потери функции в лептине и рецепторе лептина, соответственно, гиперфагичны, страдают ожирением, гиперинсулинемией и гипергликемией, также являются бесплодными. , ациклические и ановуляторные (таблица 1).Морфологически они показывают атрофию матки и яичников, фолликулярную атрезию, апоптотические клетки гранулезы, деформированные ооциты, отсутствие желтых тел и отсутствие кистозных структур (26, 27, 29–32). Эндокринный профиль мышей ob / ob включает повышенный уровень тестостерона, эстрадиола и прогестерона в сыворотке с пониженным уровнем ФСГ, но нормальным ЛГ, в то время как мыши дБ / дб имеют низкие уровни эстрадиола и прогестерона. Крысы с ожирением Колецки и Цукера, у которых также отсутствуют функциональные рецепторы лептина, действительно демонстрируют циклический цикл течки (хотя и нерегулярно), но являются субфертильными с увеличением числа фолликулов, атрезией фолликулов и меньшим количеством желтых тел.В то время как уровни андрогенов повышены у страдающих ожирением Колецкого, у Цукера они, как сообщается, ниже нормы (33–36). Новозеландская мышь с ожирением (NZO), известная как полигенная модель метаболического синдрома человека (37), также имеет варианты рецептора лептина и демонстрирует репродуктивный фенотип, аналогичный фенотипу Цукера (Таблица 1) (38, 39).

Во всех этих моделях репродуктивная дисфункция по крайней мере частично объясняется потерей передачи сигналов лептина гипоталамусом, а не ожирением per se .Генетический дефицит лептина у людей связан с низким уровнем гонадотропинов и пубертатной недостаточностью, которые восстанавливаются при замене лептина (86). Плодовитость, размер помета и цикличность течки у мышей ob / ob были аналогичным образом улучшены с помощью рекомбинантного лептина человека (87, 88) или трансплантации жировой ткани дикого типа (89, 90). Считается, что наряду с другими периферическими сигналами лептин модулирует активность нейронов, высвобождающих гонадотропин-рилизинг-гормон (ГнРГ), и, следовательно, всей оси HPO в ответ на состояние питания (91).Действительно, известно, что низкая масса тела влияет на репродуктивную функцию и время полового созревания (92). Отсутствие центрального действия лептина в моделях ожирения на грызунах, таким образом, приводит к бесплодию из-за гипогонадотропного гипогонадизма и развития фолликулов (Рисунок 1). Действительно, ожирение у человека также связано со степенью устойчивости гипоталамуса к лептину, что может способствовать нарушению регуляции HPO при СПКЯ (93, 94). Сообщения об избыточном накоплении липидов в фолликулярных клетках мышей ob / ob и крысы Колецкого с ожирением предполагают дополнительный «липотоксический» механизм, с помощью которого крайнее ожирение может вызывать дисфункцию яичников, хотя сообщений о таком фенотипе при СПКЯ нет (30, 36).

В этих моделях относительный вклад IR-ассоциированной гиперинсулинемии и центральной резистентности к лептину трудно отделить, особенно потому, что передача сигналов инсулина в гипоталамусе также регулирует высвобождение GnRH и, следовательно, функцию воспроизводства (40, 41, 95–97). Мыши с нейрон-специфической делецией гена рецептора инсулина ( Insr ) или нейрон-специфической делецией лептина и Insr в гипоталамическом POMC были гиперфагическими, инсулинорезистентными и субфертильными из-за нарушения развития фолликулов (Таблица 1) (40, 41, 98).Комбинированный нокаут отличался высоким уровнем ЛГ, гиперандрогенемией и кистообразными фолликулами. POMC-специфическая делеция рецептора лептина вызывает только тонкий репродуктивный фенотип (99). Как ни странно, специфический для гипофиза нокаут Insr , по сообщениям, спас СПКЯ-подобный фенотип, связанный с ожирением, вызванным диетой (24). Эти наблюдения подчеркивают сложные взаимодействия между лептином и инсулином в их регуляции репродуктивной функции. Действительно, исследования на млекопитающих и не млекопитающих показывают, что статус питания и репродуктивная способность тесно взаимосвязаны, обеспечивая воспроизводство только в том случае, если статус питания является оптимальным (100).

Генетические модели инсулинорезистентности

У людей редкие мутации потери функции в INSR вызывают не только крайнюю гиперинсулинемию, но также олигоменорею, гиперандрогенизм и чрезмерное развитие тканей, зависящих от половых гормонов (56). Предполагается, что общие генетические дефекты в передаче сигналов инсулина вносят вклад в наследуемость СПКЯ (101, 102), а клеточные исследования выявляют нарушения в инсулино-опосредованном аутофосфорилировании инсулиновых рецепторов, экспрессии IRS, активации PI3-киназы, экспрессии GLUT4 и стимулированного инсулином захвата глюкозы в организме. адипоциты и скелетные мышцы женщин с СПКЯ (103–107).Однако результаты таких исследований неоднородны и требуют дальнейшей проверки.

У мышей, лишенных функционального рецептора инсулина, при рождении развиваются серьезные метаболические нарушения, и они умирают в течение нескольких дней. Из тканеспецифичных нокаутов только те, которые нацелены на мозг, имеют репродуктивный фенотип (108). Подобно нейрон-специфическому нокауту Insr , глобальная делеция Irs2 (но не Irs1 ) вызывает комбинацию метаболических, репродуктивных и яичниковых особенностей, которые, вероятно, являются результатом нарушения центрального действия инсулина и лептина, а не аномальной системной глюкозы. метаболизм (42) (таблица 1).Таким образом, помимо влияния системной гиперинсулинемии, интерпретация глобальных дефектов передачи сигналов инсулина должна учитывать действие инсулина на гипоталамус, а также нарушение регуляции раннего развития фолликулов с помощью IGF1. Не существует соответствующих человеческих синдромов дисфункции или дефицита IRS, с которыми можно было бы сравнивать.

Ниже IRS в сигнальном пути нефункциональные мутации в человеческом AKT2 приводят к гиперандрогении яичников в контексте частичной липодистрофии, тяжелой ИР, диабета, метаболической дислипидемии и ожирения печени (109).У мышей глобальная делеция AKT2 вызвала несколько сравнимый фенотип яичников с повышенным андрогенным стероидогенезом в интерстиции теки, гиперплазией теки и интерстициальной ткани, гиперандрогенемией, уменьшением желтого тела и кистами яичников, но нормальными уровнями ЛГ (таблица 1) (43). , Однако большие лютеинизированные серозно-заполненные кисты сильно отличались от морфологии яичников, характерной для СПКЯ человека. По неясным причинам репродуктивные особенности отсутствовали у более молодых мышей, хотя могли быть вызваны лечением ЛГ, возможно, из-за синергизма с гиперинсулинемией.

Другие синдромы липодистрофии человека (генетические или приобретенные) аналогичным образом характеризуются тяжелой ИР, гиперандрогенизмом яичников, аменореей и бесплодием (110–112). В то время как генетические мышиные модели генерализованной липодистрофии демонстрируют многие метаболические особенности заболеваний человека, «частичную» липодистрофию было сложнее смоделировать (113). Более того, хотя метаболические свойства этих моделей были подробно исследованы, их репродуктивный фенотип и фенотип яичников широко не освещались.Изучение этих моделей может дать новые важные сведения о роли ИМ, не зависящего от ИМТ, в дисфункции яичников, подобной СПКЯ.

Генетические модели, нацеленные на ось HPO

Чтобы лучше понять патогенез СПКЯ, модели ожирения и ИР на грызунах следует рассматривать наряду с теми, в которых нацелены другие вовлеченные системы. Трансгенные мыши с хронически повышенным уровнем гонадотропина имеют утолщенный слой клеток теки, аналогичный СПКЯ, с соответственно повышенными уровнями эстрогена и тестостерона (23, 114).Однако, в отличие от СПКЯ, их яичники содержат большие геморрагические кисты, как и у мышей, лишенных рецептора ЛГ (114, 115). Глобальный или тека-специфический дефицит субъединиц рецептора эстрогена ERα или ERβ или глобальный дефицит ароматазы вызывает хронически повышенный уровень гонадотропинов (из-за отсутствия эстрадиола), задержку роста фолликулов, отсутствие желтых тел и ановуляцию (116–118). Мыши с нокаутом ERα также демонстрируют повышенное ожирение (без гиперфагии), ИР и диабет (118, 119), тогда как конститутивное повышение активности ЛГ вызывает гиперфагическое ожирение с гиперлептинемией и гиперинсулинемией (120).Эти наблюдения дополнительно проливают свет на сложность перекрестных разговоров о питании и репродуктивности у людей, снова ставя под сомнение ценность упрощенных моделей на грызунах.

Трансгенные грызуны и СПКЯ - непригодны для использования?

Это обсуждение показывает, что трансгенные модели СПКЯ сложны, разнородны, и даже лучшие примеры во многом отклоняются от человеческого синдрома. Модели ожирения и ИР обычно не изучались всесторонне с репродуктивной точки зрения.Даже когда отмечается репродуктивный дефицит, яичниковое и эндокринологическое фенотипирование часто бывает неполным, что вызывает опасения по поводу сроков проведения исследований (относительно времени суток, фазы эстрального цикла и возраста животного), строгости морфологического анализа. и вариабельность внешнего вида яичников, описываемая как «кистозная». Кроме того, как указано выше, существуют важные различия между функцией яичников человека и грызунов. Такие различия могут объяснить, почему репродуктивные последствия воздействия андрогенов менее последовательны у грызунов, чем у овец или приматов, и подчеркнуть, что результаты исследований на грызунах (генетических или гормональных) необходимо с осторожностью экстраполировать на СПКЯ человека (13, 23). ,

Это обсуждение является важным напоминанием о том, что репродуктивная способность и статус питания равны

.

Гипоталамо-гипофизарно-яичниковая ось при дисфункции щитовидной железы

РЕФЕРАТ

Справочная информация: Установлено, что дисфункция щитовидной железы вызывает нарушение репродуктивной функции. Однако лабораторные исследования и исследования на людях, которые связывали это с женскими репродуктивными гормонами, противоречат друг другу, и данных о влиянии дисфункции щитовидной железы на репродуктивные органы недостаточно.

Цель: В этом исследовании изучали влияние экспериментального гипотиреоза и гипертиреоза на гипоталамо-гипофизарно-яичниковую ось, морфометрию и гистологию репродуктивных органов у самок крыс.

Методы: Лабораторные животные были рандомизированы в одну из трех групп: контрольная, гипотиреоз, индуцированный карбимазолом, и гипертиреоз, индуцированный левотироксином.

Результаты: Морфометрия органов и сывороточный фолликулостимулирующий гормон (ФСГ) были статистически сопоставимы во всех группах. Уровень прогестерона в сыворотке повышен у крыс с гипотиреозом, но снижен у крыс с гипертиреозом по сравнению с контролем ( p <0.05). Прирост массы тела, лютеинизирующий гормон сыворотки и эстрадиол были значительно снижены как при гипотиреозе, так и при гипертиреоидном состоянии по сравнению с контролем. Гипотиреоз и гипертиреоз также привели к изменениям цитоархитектуры органов.

Заключение: Результаты этого исследования показывают, что нарушение репродуктивной функции, связанное с дисфункцией щитовидной железы, сопровождается нарушением гормональной среды и изменением цитоархитектуры репродуктивных органов.Замешаны лютеинизирующий гормон и эстрадиол.

Электронная публикация: 24 января 2014 г.
Предварительно опубликованная рукопись

Эта рукопись включена в отдельный том и выпуск, но еще не опубликована. Он либо редактируется, либо набирается, либо находится на стадии корректуры публикации.
На этапе до публикации эта рукопись может содержать утверждения, мнения и информацию, которые содержат ошибки в фактах, цифрах или интерпретации. Любые окончательные изменения в этой рукописи будут внесены во время публикации и будут отражены в окончательной электронной версии выпуска.Редакторы, авторы и их соответствующие сотрудники не несут ответственности за использование любых таких неточных или вводящих в заблуждение данных, мнений или информации, содержащихся в статьях в этом разделе.

,

яичников | животное и человек

Яичник , в зоологии, женский репродуктивный орган, в котором производятся половые клетки (яйца или яйцеклетки). Обычно парные яичники самок позвоночных продуцируют как половые клетки, так и гормоны, необходимые для размножения. В некоторых группах беспозвоночных, таких как кишечнополостные (книдарий), образование яичников связано с временами года. У многих беспозвоночных есть как яичники, так и яички у одного животного, а некоторые виды подвергаются смене пола.

овуляция Стадии овуляции, начиная с бездействующего первичного фолликула, который растет и созревает и в конечном итоге выходит из яичника в маточную трубу. Encyclopædia Britannica, Inc.

Британская викторина

Изучение викторины человеческого тела

В 1800-х годах Теодор Шванн придумал, какой из этих терминов относить человека к химическим изменениям, происходящим в живых клетках и организмах?

Функция яичника и анатомия

Основная функция яичников заключается в выращивании и подготовке ооцитов (яйцеклеток) для процесса овуляции (разрыва и высвобождения зрелого яйца из яичника).Как только яйцо выпущено, оно мигрирует вниз по маточной трубе к матке. Находясь в маточной трубе, яйцеклетка может проникнуть и оплодотворяться спермой. Если яйцеклетка станет оплодотворенной, она будет имплантироваться в стенку матки. Процессы овуляции и оплодотворения контролируются в основном клетками яичников, которые производят и выделяют гормоны. Эти гормоны также необходимы для женского полового развития и необходимы для поддержания беременности. У людей они также служат для регулирования менструального цикла (периодическое выпадение слизистой оболочки матки).

Яичники, помимо выработки яйцеклеток (яйцеклеток), выделяют и воздействуют различными гормонами при подготовке к беременности. Encyclopædia Britannica, Inc.

Яичники новорожденных и маленьких девочек представляют собой массу удлиненных тканей, расположенных в тазовом поясе; Когда самка достигает подросткового возраста, яичники постепенно увеличиваются и меняют свою форму. Взрослые яичники имеют миндалевидную форму, их поверхность обычно неровная и имеет участки рубцовой ткани. Они около 4 см (1.6 дюймов в длину, 2 см (0,8 дюйма) в ширину и 1,5 см (0,6 дюйма) в толщину; два яичника весят 4–8 г (0,14–0,3 унции). Яичники удерживаются на месте несколькими связками (полосами волокнистой соединительной ткани), включая широкую связку, поддерживающую связку и связку яичника. Каждый яичник состоит из внешней коры, которая содержит фолликулы, ооциты и некоторые интерстициальные клетки, и внутреннего мозгового вещества, которое содержит дополнительные клетки интерстиции, фиброзную ткань, кровеносные сосуды, лимфатические протоки и нервы.( См. Также репродуктивной системы человека.)

Фолликулы, которые представляют собой полые шарики клеток, содержат незрелые яйца и присутствуют в яичниках при рождении; в это время обычно бывает от 150000 до 500000 фолликулов. К началу репродуктивной жизни женщины число незрелых фолликулов сократилось до 34 000, и после этого это число продолжает падать. По мере старения женщины число фолликулов постепенно уменьшается до тех пор, пока во время менопаузы и прекращения репродуктивной функции несколько оставшихся фолликулов не дегенерируют.В течение активного детородного возраста, обычно в возрасте от 13 до 50 лет, созревает только от 300 до 400 фолликулов. В начале каждого менструального цикла, известного как ранняя фолликулярная фаза, несколько фолликулов увеличиваются и мигрируют из коры к наружной поверхности яичника. Клетки, выстилающие фолликул, размножаются, образуя слой, известный как zona granulosa, и в этой зоне образуется полость. Стромальные и интерстициальные клетки, которые окружают фолликул, располагаются концентрически, образуя тека (вмещающую оболочку) вокруг zona granulosa.Один или иногда несколько фолликулов отбираются для дальнейшего роста и созревания. Зрелые фолликулы, известные как фолликулы Граафа, могут достигать 30 мм (около 1,2 дюйма) в диаметре, прежде чем они разорвутся.

Получите эксклюзивный доступ к контенту из нашего первого издания 1768 года с вашей подпиской. Подпишитесь сегодня

Интерстициальные клетки, особенно теки, производят в основном гормоны, известные как андрогены. В клетках гранулезы эти андрогены превращаются в эстрогены (эстрадиол и эстрон), основные гормоны яичников.Жидкость в полости, омывающей ооцит, содержит высокие концентрации эстрогенов и других стероидных гормонов (прогестерона и андрогенов), а также ферменты и биологически активные белки. Эта фаза менструального цикла, во время которого происходит развитие фолликулов, длится около двух недель.

В конце фолликулярной фазы менструального цикла один или иногда два (или даже больше) зрелых фолликулов на поверхности яичника разрываются и выпускают яйцеклетку. Затем яйцо попадает в фаллопиеву трубу и переносится в матку.После разрыва фолликула клетки гранулезы и теки заполняют просвет фолликула, образуя желтое тело. Желтое тело производит большое количество прогестерона в течение приблизительно двух недель. Если в конце этого времени яйцеклетка не была оплодотворена, желтое тело разворачивается (становится меньше) и становится беловатой рубцовой массой, известной как corpus albicans. По мере исчезновения желтого тела уровень прогестерона падает, и слизистая оболочка матки теряется в процессе менструации, тем самым выводя неоплодотворенную яйцеклетку из организма.Однако, если происходит оплодотворение, желтое тело продолжает вырабатывать большое количество прогестерона в течение нескольких месяцев и останется в яичнике до конца беременности. Прогестерон помогает оплодотворенной яйцеклетке закрепиться в матке и развиться в зародыш. Процессы развития фолликулов, овуляции, формирования и функционирования желтого тела контролируются гонадотропинами, известными как фолликулостимулирующий гормон (ФСГ) и лютеинизирующий гормон (ЛГ), которые секретируются из гипофиза.

.

Смотрите также